Майская партия

Книга заказов стояла у стены за пачкой обрезков. Елена открыла её на весенних листах прошлого года и узнала собственный почерк. В мае она принимала небольшие заказы, пока отец заканчивал большую партию.

Тридцать томов для Долина значились в одной строке с частной ценой работы. На полях стояло имя Ратова и короткое «в расчёт». Ни подписи кредитора, ни полного текста об исполнении обязательства рядом не было.

Елена сначала обрадовалась, потом посмотрела на отца. Он уже хотел сказать, что всё найдено.

— Это писала я. Мы должны объяснить, откуда я знала.

Павел вспомнил, как объявил условие работы дома. Дочь записала его слова, а не разговор с Ратовым. Сама видела готовые тома и помогала оборачивать их, но при окончательном денежном соглашении не присутствовала.

Возле строки находилась дата выдачи. На соседних листах шли обычные мелкие работы, отмеченные до нынешнего спора. Елена оставила книгу раскрытой только на время описания, затем закрыла. Нужную строчку переписала на отдельный лист, не вписывая забытые подробности в старую.

Отец заметил, что когда-то должен был заставить Ратова вернуть бумагу. Елена не спорила. Ошибка объясняла их тревогу, но ещё не делала чужое новое требование справедливым.

Для Ланского подготовили книгу и пояснение о её ведении. Елена решила сразу сказать, какую часть записи сделала с отцовских слов. Ей хотелось помочь, однако она не хотела, чтобы её помощь исчезла при первом точном вопросе.

На верстаке остались тридцать пустых мест в памяти о прошлой работе. Книга сохраняла их число. Теперь предстояло найти человека, который сохранил другую сторону той же выдачи.