Прежний поворот

У углового дома сушили доски. Дверь кухни была открыта, и на верёвке висели чистые рубашки. Черевин остановился, пропуская Марту с корзиной. Она не узнала его сразу, затем кивнула и попросила придержать створку.

Анна вышла за бельём. На вопрос о докторе ответила, что наверху больной сосед, Рудницкий уже у него. Новостей о его дальнейших объяснениях не было. Хозяйка держала ключ на той же связке, только теперь перестала проверять зубцы пальцами во время каждого разговора.

— Здесь ещё будут спрашивать? — сказала она.

— Возможно. По тем вещам, которые не закончены.

Она кивнула. Потом спросила, нужно ли хранить оставленную ей запись о расписке. Черевин ответил: да. Анна убрала лист в ящик, где лежали хозяйственные квитанции, без тайника в подкладке.

На улице проехала повозка. Люди расступились, затем сошлись обратно, и узкий проход снова заполнили шаги. Город не стал доверчивее из-за того, что один офицер вернулся к двум показаниям и одной книге. Рядом продолжались обыски и ожидание чужих решений; об этом напоминали закрытые двери и оборванные при его появлении разговоры.

Черевин пошёл к канцелярии прежним поворотом. Теперь за ним находился дом, а не только адрес на обложке.