Другой свёрток

Второй свёрток был меньше ладони. Зорин вынул его из внутреннего кармана здоровой рукой и положил на скамью. В полотне лежала записка, сложенная в узкую полоску.

— Это тоже доктору?

— Нет. Хозяйке. Брат просил оставить у неё, когда пойду к Рудницкому.

— Почему не отдали?

— Меня стали спрашивать о письме. Я испугался. Потом уже нельзя было сказать, будто забыл.

Черевин не развернул записку без следующего вопроса: кто её написал и разрешал ли передать другому. Зорин сказал, что теперь отдаёт сам. Внутри было несколько слов о получении денег и просьба вернуть долговую бумагу. Подпись — одна буква. Ни места, ни даты.

— Ваш брат получал пособие?

— Жене давали. Когда он работу потерял.

Посыльный смотрел на свёрток с досадой, словно вещь намеренно сделалась важнее человека. Черевин попросил не уезжать до нового разговора; пояснил, что прежнее распоряжение о его ожидании может изменить только тот, кто его дал. Обещать больше означало бы облегчить беседу ценой следующего обмана. Зорин кивнул, но легче ему от этого не стало.