Узнанный почерк

Домбровская узнала почерк сразу. Затем, заметив, как внимательно Черевин смотрит на её руку, отдёрнула палец от листа.

— Похож. Так следовало сказать?

— Как вы сами считаете. Есть его прежние письма?

Она принесла две записки с просьбами купить полотно и свечи. По ним было видно, как врач связывал буквы, но Черевин не собирался изображать знатока. Он предложил сохранить все три листа и уточнить доставку. Домбровская согласилась только после того, как он описал их и прочёл ей запись.

— Значит, жив, — сказала она.

— Когда писал — если писал он.

От этих слов она опустилась на стул. Черевин понял, насколько жестоко звучит аккуратность, когда её прикладывают к надежде. Но забрать условие обратно он не мог.

— Я не говорю, что письмо ложное. Нам нужно найти человека, который его видел.

Она разгладила пустую ладонь на столе, там, где только что лежал лист.

— Книга не у меня. Он же знает.

В письме говорилось «не отдавайте», а не «возьмите». Теперь предстояло понять, кто мог рассчитывать, что хозяйка получит эту книгу, и почему врач писал так, будто распоряжение зависит от неё.