Цепь пересказов

Повторённый четвёртый обоз прошёл весь путь, не прибавив ни одного настоящего подтверждения. Из образца — в рабочий лист, затем в чистовую копию, из неё — в разговор Обера. Чернышёв увидел, как близко был к тому, чтобы принять последнюю ступень за независимое известие.

Сведения Валле существовали отдельно. Его груз действительно шёл в восточном направлении в недавнее время; назначение для военных оставалось словами приёмщика. Они мешали удобному заключению об остановке всех перевозок, но не позволяли назвать численность и расположение войск.

Чернышёв отвёл для этого отдельный абзац. Не противопоставлял одну ведомость другой, которой у него не было. Вместо полной нынешней картины мог сообщить только, почему прежняя предложенная картина непригодна и какие ограниченные наблюдения сохраняют значение.

Версия о поручении французских властей не получила опоры. Белькур ссылался на высокие связи, но подтверждений не предъявил. Нельзя было написать, что такого поручения не существовало; можно было не выдавать его за установленное.

На обороте черновика Александр Иванович отметил денежный интерес. Он объяснял сделанное достаточно, чтобы отказаться от платы и отвергнуть бумагу в предложенном качестве. Объяснить им каждое действие посредника или намерения его прежнего продавца означало бы снова сделать удобство главным основанием вывода. На этот раз Чернышёв оставил лишнюю строку ненаписанной.