Чьё слово у ворот

Назар назвал приказ о ночном рейсе без пересказа Мити. Получил его от Мерина у передних ворот. Хозяин объяснил срочность свободным складским проходом и сказал, что за разгрузку рассчитается отдельно.

Возчик указал, где стоял, кто находился рядом и откуда подвели телегу. На исправленный день из рассказа посыльного его поездка приходилась по собственным рабочим сведениям. Ланге не просил подогнать память под уже найденное совпадение.

— Что было в корзине?

— Не раскрывал.

Этот ответ сохранился. Приказ о перевозке подтверждал распоряжение хозяина, но не делал Назара человеком, видевшим серебро под тканью или кражу в комнате Анны.

Работника, встречавшего Митю у ворот, установили через его жильё и прежние работы. Его звали Егор Власов. Первое описание юноши и неуверенное имя остались в материалах рядом с подтверждённой личностью, а не исчезли из них.

Власов дал свои объяснения следователю. Подтвердил разгрузку, присутствие Крутова и слова о плате за молчание. О разговоре у ворот пытался сказать, что только напоминал о работе. Сопоставление с рассказом Мити требовало проверить и слова, и обстоятельства, не назначая угрозу одной готовой фразой.

Затем работник назвал другое поручение Мерина: побывать в доме, где грузили мебель, пока хозяйка соседней комнаты отсутствовала. Эти сведения относились к дням перед началом розыска. Их проверяли через названный путь, встречи и первоначальные сообщения жильцов.

Назар этого поручения не слышал. Ланге не расширил его объяснение за счёт чужого признания. Возчик вернулся к телеге, оставив делу то, что знал сам: хозяин назначил ночную поездку, груз прибыл, работники приняли его по распоряжению. Для остального были другие источники и люди.