Раньше назначенной встречи

Лунин начал доклад с двух дат. В пятницу, по словам Гордеева, футляры переложили в меньшие ящики. В субботу Анисимов получил во дворе уже закрытый большой. Между этими событиями оставалась ночь, о которой оба свидетеля почти ничего не знали.

Лебедев стоял у окна, держа первоначальную опись. Пока Лунин говорил, он переворачивал лист то лицом, то оборотом, словно хотел убедиться, что все названия ещё на месте.

— Значит, Николай не мог украсть? — спросил сыщик, закончив.

— Значит, нельзя объяснять всё только его субботним исчезновением. Если рассказ подтвердится, приготовление началось раньше.

Это изменяло направление работы. Записка для Веденина могла иметь отношение не к выдаче груза, а к тому, чтобы на время удалить человека, который заметил бы подмену или потребовал настоящие документы. Но почему он до сих пор не вернулся, такая версия не объясняла.

Лебедев велел отдельно проверить пятничную работу Гордеева: кто видел его у кладовой, когда он получил плату, на какую погрузку ушёл после неё. Хозяйку и дворника следовало расспросить, не сообщая им заранее подробностей его рассказа. У ворот надлежало искать тех, кто мог заметить малую подводу.

— А второй рабочий?

— Пусть Павел опишет его подробнее. Если пойдёт показывать место найма, сопровождать. И никаких обещаний, что всё уже объяснено.

Из мастерской пришла дополнительная записка: Бельская нашла в пятничных расчётах работу Веденина и назвала заказчика, который видел его под конец дня. Это давало ещё один проверяемый отрезок времени, а не ответ за всю пятницу. Лунин внёс имя в список для опроса.

Телеграмму из Нижнего доставили, когда он собирал бумаги. Коллеги сообщали, что отыскали человека, готовившего отправку, и направляют подробные сведения об упаковке и прежней подмене. Краткий текст не называл общего виновника; зато обещал возможность сопоставить две истории по действиям людей, а не по одним кирпичам.

Лебедев прочёл сообщение и положил рядом с показаниями Гордеева.

— Завтра начнём с ответа из Нижнего. Сегодня проследите, чтобы Павел оставил точный адрес. Если его снова не найдём, будем искать уже не бывшего упаковщика, а важного свидетеля.

Лунин кивнул. За день из большого ящика как будто вынули ещё один груз — удобное объяснение, которое слишком долго занимало место настоящей истории.

Лебедев остался у стола. Теперь он знал немного больше о том, как исчезли вещи. О человеке, который должен был их получить, по-прежнему приходилось спрашивать других.