Крючок у прохода

Степан Никитич уже знал о найденном тулупе. Поэтому Путилин начал не с одежды. Он попросил рассказать, что дворник делал после возвращения с маслом: от первого шага во двор до запирания наружного прохода.

— Сначала к складской калитке подошёл. Телега была, я вам показывал. Потом в каморку. Бутылку поставил, крючок взял.

— Давайте пройдём так же.

Старик поставил бутылку на стол и вышел. С порога складской угол закрывала лестница; её положение не менялось со вчерашней проверки. У наружного прохода дворник остановился, отступив к стене.

— Тут ещё подождал. Извозчик поперёк встал, не сразу тронулся.

— Какой извозчик?

— С седоком. Женщина в корзинку хлеб укладывала. Уронила что-то белое, он с земли поднял. Я крючком створку придерживал, пока возле неё возились.

В этот промежуток через проход вошёл человек с длинным шестом. Он повернул дерево, чтобы не задеть лошадь, затем быстро прошёл мимо Степана Никитича. На нём была тёмная верхняя одежда и шапка. Лица дворник не запомнил: человек не обращался к нему и смотрел к дальнему выходу.

— Вы тогда решили, кто это?

— Подумал, фонарный. Шест ведь. Имени не думал.

— Про плечо, заплату что помните?

Старик помедлил.

— Теперь тулуп видел, могу спутать. Тогда плечо не рассматривал.

Эту оговорку записали вместе с рассказом. Для проверки порядка событий важнее было другое: человек прошёл, пока возчик ещё наклонялся за упавшей вещью. Потом извозчик выпрямился, пролётка отъехала, и Степан Никитич занялся створкой. Телеги у склада, когда он снова посмотрел туда, уже не было.

— Почему вчера про прохожего не сказали?

— За телегу спрашивали. Я и думал про тех, кто с ней стоял. Этот мимо шёл.

Путилин попросил показать дальний выход. Самого конца пути дворник не видел. Но теперь можно было отдельно проверить встречу в проходе и отъезд покупательницы. Одежда, увиденная позже на столе, больше не должна была дополнять память о том вечере.