Отрицание Синицына

Предъявленную копию писец узнал не сразу. Сначала сказал, что таких листов у него проходит много. Потом коснулся края стола, будто удерживая себя от привычки взять бумагу.

— Писал я. С поданного русского.

Он назвал Бессонова. Тот принёс черновой лист и попросил сделать экземпляр для человека, которому требовалось ясное изложение без переводческих оговорок.

— О назначении знали?

— Говорили, для расчётов.

Де Санглен не сообщил о донесении. Синицын уже боялся какого-то обвинения, но мог бояться и самого появления чиновника. Яков Иванович спросил, почему при первом разговоре о заказах конторы писец не упомянул эту работу.

— Не контора платила. Мне сказали, лишний экземпляр по частной надобности. Я не хотел впутываться.

Объяснение было удобным. Не признать плату от конторы значило уклониться и от её поручения. Однако строка в тетради стояла на месте; уничтожать её Синицын не пытался.

Яков Иванович велел записать признание изготовления копии отдельно от слов о незнании цели. Одно подтверждалось рукой и заказом. Другое пока исходило только от испуганного человека, который надеялся, что признанной работы окажется достаточно, чтобы его оставили в покое.