Сопоставленные сроки

Лукина спросили о голосах за дверью. Он помнил Глухова в первый вечер и ещё один раз, когда приказчик велел Егору дождаться его возвращения. Точного дня перевозчик не назвал. Лебедев оставил для этого место не пустым, а записал: дня не помнит.

Прохор подтвердил встречу до разгрузки. Глухов теперь признал, что заезжал на двор раньше, чем сказал сначала. Объяснил перемену забывчивостью; почему прежде так уверенно называл другую последовательность, внятно не ответил.

Никитин рассказ оставался ограниченным. Он видел сани за развилкой, но не мог назвать седока. Ушаков не потребовал от старика нового узнавания после того, как Лукина нашли. Дальнюю дверь и запор подтвердили служители, хозяин двора признал передачу ключа, Егор — удержание.

— Теперь и без Никитиного лица сходится, — тихо сказал Лебедев.

— У него и не было лица в показании, — ответил Ушаков. — Мы за него приставили.

Начальник перечитал прежнее распоряжение о расширении проверки. На полях было его собственное указание. Он велел оставить лист в деле и сослаться на него при исправлении основания.

Привычный порядок бумаг не скрывал, кто принял поспешный вывод. Новая запись должна была объяснить перемену, а не сделать вид, что с самого начала все знали ровно столько, сколько выяснилось теперь.