Ключ на гвозде

Дверь Рудницкого открыли вечером. Ему разрешили жить в прежней комнате до дальнейшего вызова; уезжать без сообщения не следовало. Окончательного решения о его действиях ещё не было. Анна выслушала всё это, стоя у косяка, и только потом сняла ключ с гвоздя.

В комнате пахло закрытым окном. Книги лежали на прежнем месте, возле умывальника стояла чашка с тёмным ободком. Доктор поставил сумку и провёл ладонью по спинке стула, будто проверял, не побывал ли здесь кто-то ещё.

— Входили я и Круглов, — сказала Анна. — Я тебе скажу, что переставляли.

Он кивнул. Не спросил о деньгах и не благодарил за расписку. Сначала открыл окно; потом закрыл почти сразу, потому что в коридоре потянуло на больного соседа.

Анна принесла чистое полотенце. Положила на полку, где прежде оставался светлый прямоугольник от сумки. Теперь место снова заняло что-то обыкновенное.

— Завтра принимать будешь?

Рудницкий посмотрел на свои руки.

— Если придут.

Она оставила ключ ему, а не повесила обратно. На лестнице послышались шаги; оба замолчали. Шаги прошли наверх. Дома снова жил человек, которого нашли, но дому ещё предстояло привыкнуть к тому, что каждый новый звук не обязательно приходит за ним.