Два времени

Они положили бумаги рядом. Моро читал столбец, Чернышёв следил по чистовой копии. Строки совпадали; один раз переписчик запнулся на сокращении и сам вернулся к началу.

Различались два времени. Черновик относил счёт к весне; изготовление предъявленной копии приходилось на нынешнюю осень. В разговоре Белькур предлагал второе принять за первое — недавнее получение за недавнее распоряжение.

Чернышёв попросил повторить формулировку заказа. Моро не смог воспроизвести всё слово в слово и сказал об этом сразу. Помнил требование оставить перечень, не переносить заголовок и вернуть образец. Насчёт того, называл ли Белькур сведения новыми, ответил отрицательно: при нём такого разговора не было.

Это мешало удобному заключению. Переписчик подтвердил изъятие контекста, но не то, зачем посредник собирался пользоваться сокращённым листом.

— Он говорил о продаже копии?

— Со мной — нет.

Моро спросил, нужна ли новая чистовая работа, теперь с заголовком. Старый способ исправлять неприятность оставался для него самым понятным. Чернышёв отказался от немедленной переписки: ещё один гладкий лист не заменил бы объяснения того, как появился первый.

Они закончили сравнение на последней строке. На этот раз Александр Иванович оставил над ней место для точного указания: что увидено, что рассказано и чего никто здесь не предъявил.