Несостоявшаяся просьба

У порога Чернышёв вспомнил записку, которую собирался оставить Жюли. В ней не было ничего, кроме вопроса: передавали ли образец вместе с листами. Ответ мог укрепить последовательность заказа, если бы она его знала.

Он достал бумагу и снова убрал. Оставить её «на всякий случай» значило потребовать решения ещё раз, только без необходимости произнести отказ посетителю в лицо.

С улицы мастерская казалась прежней. За окном лежали обрезки кожи, на полке стояли книги, у двери остановился человек с тетрадью под мышкой. Для всех, кроме нескольких участников разговора, здесь ничего не изменилось.

Чернышёв прошёл мимо, не расспросив нового посетителя. Он мог бы узнать о заказах под видом обычного любопытства. Даже получить полезную подробность. Тогда условие Жюли осталось бы исполненным только в самом узком смысле: мальчика не послали, хозяйку больше не спрашивали.

На следующем углу пришлось уступить дорогу повозке. Ожидание дало время почувствовать собственную досаду. Он терял возможность проверить небольшое звено и не знал, насколько важным оно окажется позже.

Пустая строка в объяснении теперь стоила ему меньше, чем продолжение стоило бы мастерской. Но не потому, что строка была не нужна. Он по-прежнему хотел получить ответ и должен был закончить работу с этим желанием, оставшимся без исполнения.