Пустое место

Чернышёв оставил в записи о заказе пробел. Жюли не помнила, был ли вместе с бумагой образец; дальнейшие расспросы через мастерскую прекращены. Он не добавил: «источник отказался помогать». Такая фраза делала бы согласие на один разговор бессрочной обязанностью.

Он уже знал время изготовления копии. Знал, кто её писал и по чьему требованию убрал верхние строки. Мог сравнить сохранившийся черновик с тем, что предлагали купить. Не знал всей дороги первоначальной бумаги.

Различие не позволяло ни объявить ведомость подлинной, ни выдать неизвестное за доказательство большого замысла. Важнейшее для донесения оставалось определённым: предложенный вывод о нынешних приготовлениях не держался на имеющемся листе.

Александр Иванович достал прежнюю черновую фразу о подтверждении сведениями поставщика. Она ещё оставалась зачёркнутой, с различимыми словами. Теперь рядом появилась другая пометка: продолжить проверку через Жюли нельзя.

Бумаги стали менее стройными. В них было видно, кто говорил, где кончался рассказ и какие вопросы не получили ответа. Чернышёв решил оставить эту неровность в рабочей записи, чтобы при составлении гладкого текста не вернуть себе незаметно всё то, чего он не смог установить.

К вечеру Белькур прислал сообщение: расчёт найден. Он готов показать его завтра. Александр Иванович ответил согласием, не обещая возобновить сделку.