Ненадёжное объяснение

В кабинет Зорин вошёл вслед за Рудневым. Согласившись приехать, он несколько раз спросил, надолго ли понадобится его книга. Теперь держал шляпу на коленях и смотрел на клеёнчатый переплёт, положенный возле лампы.

Кошко попросил повторить рассказ о Павле. Руднев не подсказывал. Когда Зорин дошёл до письменного стола, начальник уточнил имя покупателя и способ расчёта.

— Деньги вы передали тому же человеку, который принёс подвеску?

— Ему. Он у лавки дожидался.

— Кто видел передачу денег?

Зорин назвал приказчика. Руднев записал ещё один адрес.

Павел оказался в его описании сухощавым человеком лет тридцати, без бороды, в тёмном пальто. Зорин не мог уверенно сказать, какого цвета у него глаза. На вопрос об особой примете вспомнил низкий голос, но тут же оговорился: при последней встрече тот был простужен.

Кошко не предложил выбрать между уже известными сыщикам лицами. Спросил, называл ли Павел службу, говорил ли о полиции, о меблированных комнатах, употреблял ли фамилию Громов. Зорин ответил отрицательно. Это тоже записали, не вычёркивая из рассказа его неудобных пробелов.

— Вы сказали, родственнице нужны деньги. Почему не захотели узнать, кто она?

— Я не первый год поручения исполняю. Люди иногда стесняются.

Кошко перелистнул книгу. Несколько прежних заказов содержали и фамилии, и адреса.

— Здесь вы спрашивали.

Зорин опустил глаза. Подвеску надеялся сбыть быстро; за прежний стол Павел расплатился без спора. Этого оказалось достаточно, чтобы не задавать новых вопросов.

Книгу приняли с записью о передаче. Зорину объяснили, что его рассказ будут проверять, в том числе обстоятельства хранения вещи. Он согласился утром сопровождать Руднева в кладовую.

После его ухода пришло подтверждение: кладовая существует, Зорин держит там несколько свёртков, ключ находится у содержателя. Сотрудник остался следить, чтобы до проверки оттуда ничего не вынесли. Саму подвеску никто ещё не видел.

Кошко указал Рудневу на две записи: слова Левонтия о посреднике и строку в книге Зорина.

— Первая помогла найти человека. Вторая пока написана этим человеком для себя. Теперь проверим вещь и тех, кто видел её передачу.

Руднев закрыл записную книжку. За день они узнали немало имён. Самым важным всё ещё оставалось то, которое могло оказаться чужим.