Первый короткий рассказ

Когда врач разрешил короткую беседу, Шереметьевский вернулся с книжкой, но положил её закрытой. Попросил Павла начать с того места, которое он помнит яснее всего. Ни хозяйка комнат, ни Дарья в разговоре не участвовали.

Павел сказал, что дошёл до Ордынцева и ждал в передней. Хозяин велел дождаться управляющего. Тот появился позже и предложил ехать: будто Ордынцев поручил отвезти бумаги к человеку, который проверит письма, прежде чем заплатить мастеру.

— Этот человек назвался?

— Я его знал. Господин Громов. В мастерскую ходит.

Сыщик записал фамилию после ответа. Не показывал портрета и не рассказывал о визите управляющего в полицию. Попросил отделить слова Громова от того, что сказал сам хозяин.

Ордынцев о другой поездке при Павле не говорил. Посыльный поверил управляющему, потому что тот бывал у Артемьева и распоряжался расчётами. Светлый свёрток принёс к извозчику сам. Уже в комнате у канала Громов потребовал передать пакет ему; Павел отдал, всё ещё ожидая денег за работу.

— Когда вы поняли, что вернуться нельзя?

Павел посмотрел на дверь. Сказал, что позднее. Его не отпускали, спрашивали о бумагах и сердились, когда он требовал расчёта. Дальше фразы сделались короче; точный час он называл наугад.

Шереметьевский остановил запись времени. Они вернутся к нему, когда Павел отдохнёт и сможет вспомнить последовательность без необходимости угадать нужную цифру. Сейчас юноша не должен был повторять одно и то же ради трёх разных слушателей.

— Артемьев думает, что я сбежал?

— Такое предположение было. Ваш рассказ проверят, как и другие.

Сыщик прочёл записанное. Павел поправил одно слово: пакет не «забрали» из рук, он сам его передал. Шереметьевский оставил поправку. Доверие к известному человеку объясняло первый шаг; всё, что произошло потом, ещё требовало самостоятельной проверки.