День передачи

Когда Дениса спросили о дне передачи, он сперва назвал его по чужому счёту, потом поправился. Лодку увозили после того, как он помог соседу разгрузить дрова, и до исчезновения Лукина. Самого перевозчика при этом не было.

Сосед помнил дрова и встречу с Глуховым. Служитель, проверивший двор, подтвердил и другое: лодку тащили по снегу на широких полозьях, чтобы не портить днище. Кто именно помогал приказчику, Денис назвать не смог. Рябоватого Егора он раньше видел у Глухова, но в тот раз не узнал под шапкой.

— Значит, не пиши, что Егор вёз, — распорядился Ушаков.

Приказчик в новом объяснении признал, что занимал лодку. Уверял, что хотел помочь Лукину, а судно потом нашёл уже пустым. Но поручения от Матвея предъявить не мог; перевозчик такую просьбу отрицал.

Оставался узел. Глухов по-прежнему говорил, что поднял его под навесом и принёс к лодке, полагая вещами пропавшего. Анисья вещей не признала. Ни Денис, ни Лукин не помогли назвать владельца.

Ушаков оставил это неизвестным. Для объяснения происхождения лодки хватало установленной передачи. Придумывать хозяина рубахе только ради завершённого рассказа он не велел: теперь слишком хорошо было видно, как дорого обходится такое завершение.