Расчёт в разных руках

После лабораторного объяснения дело не закончилось. Павел рассказал о первоначальном займе и майском соглашении. Елена объяснила старую запись о тридцати томах, отделив увиденную работу от условий, услышанных от отца. Письмо Ратова о зачёте предъявили со сведениями о его обнаружении.

Долин подтвердил приёмку и цену партии. Котов — собственный пересчёт и последующую выдачу ста двадцати Ратову. Две записи конторы не объявлялись двумя выдачами: свидетели говорили о разных действиях одной поставки.

Затем Сомов объяснил переписывание нынешнего текста на уже подписанном листе. Он не видел, как подготовили светлую зону. Баженов описал получение поручения от Ратова, передачу писцу и возврат готовой бумаги. Осеннее время посещения проверялось соседним заказом, с сохранением неточности дня.

Ратов продолжал ссылаться на изменённую договорённость и разрешение Павла. Ему дали изложить эту версию. Прежние и нынешние ответы сопоставлялись; обещанные подтверждения отдельной сделки в материалах отсутствовали.

Становилось видно, почему спор не мог решиться вопросом, кто держал перо. Сомов переписал слова, но основание суммы, распоряжение и сознательное предъявление требовали других ответов. Равным образом одного получения платы было недостаточно без соглашения о её назначении.

Буринский слушал часть объяснений, не превращая их в дополнение собственного заключения. Прочитать исчезнувшую строку целиком всё ещё было нельзя. Проверенный расчёт и путь ложного требования оставались при этом доступными обсуждению — через людей и документы, которые сообщали каждый свою часть событий.