Отъезд

Во дворе затягивали ремень на дорожной укладке. Человек у лошади проверил пряжку, отошёл и вернулся поправить то, что с первого раза легло неровно. Курьер ждал без раздражения.

Двор был тесен для поворота. Колесо пришлось отвести от сложенных у стены дров; кто-то придержал створку ворот. В этих обычных движениях не было знака, по которому можно было бы понять важность лежавших внутри бумаг.

Когда экипаж выехал, на камнях осталась короткая влажная полоса. Чернышёв видел только начало пути. Ни следующая застава, ни перемена лошадей, ни встречный дождь не становились от этого уже известными ему событиями.

Он вернулся в комнату и убрал копию донесения. Не добавил предсказания о том, как примут сообщение. Адресаты могли счесть его слишком осторожным, могли спросить недостающие числа, могли предпочесть другие сведения. Отправитель отвечал не за то, чтобы письмо понравилось, а за то, чтобы не занять пробелы числами, взятыми из желания закончить работу.

На подоконнике высыхали следы утренней влаги. Город за окном продолжал говорить о заказах и новых расходах. Белькур мог в этот час уже объяснять кому-нибудь другому, почему ему не заплатили. Чернышёв этого не знал и не стал превращать возможный разговор в заключительную сцену своего отчёта.