Запись о бумаге

Запись оказалась короче всех разговоров о ней. Несколько листов определённого размера, подрезка края, передача переписчику. Ни армии, ни прекращённых выдач, ни тайного назначения.

Жюли показала время заказа. Бумагу брали этой осенью. Белькур рассчитался за листы отдельно от переписки; самой работы она не видела. Сведения о прекращении выдач могли быть сколь угодно старыми — тетрадь этого не решала.

Чернышёв попросил выписать относящуюся к заказу строку. Жюли позволила сохранить содержание без имён соседних покупателей. Она следила, пока он писал.

— Вы можете сказать, что лист изготовлен недавно, — произнесла она. — Не то, что на нём недавняя правда.

Он записал различие собственными словами. Отдельно отметил, что оригинал тетради остаётся в мастерской и что он видел только показанную запись.

Рене принёс воду для клея, прошёл мимо и вернулся к работе. Никто не послал его ни за подтверждением, ни за недостающим именем.

С датой изготовления у ведомости наконец появилась опора, но подставить её в пустое место над столбцами было бы новой ошибкой. Чернышёв видел, как легко она могла возникнуть: в его книжке эти сведения уже стояли рядом.

Он оставил между ними свободную строку. Потом спросил, кому передали бумагу для переписки.