Кому сдано помещение

Хозяйка дома встретила Орлова в передней. Собачка действительно была — маленькая, седая возле морды. Она обнюхала ботинок гостя и легла у шкафа с ключами. Хозяйка, услышав, откуда он, не предложила сесть.

— У столяра опять спор с заказчиком?

Орлов объяснил, что интересуется соседней кладовой.

— Это Громов. Николай Осипович. Торгует подержанными вещами. Или продаёт за других. Я в его торговлю не вмешиваюсь.

Договор она принесла сама. Затем нашла записи об уплате. Громов нанял помещение летом; деньги несколько раз присылали через контору частных поручений. На сохранённой записке стояло название конторы Северцева.

— Это не значит, что контора у меня снимает, — сказала хозяйка. — В договоре он. С кого мне требовать, того и записали.

Орлов попросил её объяснить, кто приносил деньги и видела ли она Громова лично. Описание совпало с человеком у флигеля. Но запись о платеже требовала собственной проверки: чужая контора могла законно оплатить хранение для клиента.

Фамилию сопоставили со сведениями по первому адресу, которые другой сотрудник получил у домоуправления. Во флигеле числился тот же Николай Осипович. Совпадение не рассказывало, что лежит в кладовой. Оно связывало наблюдавшегося человека с двумя местами, не прибегая к догадке Корнеева о безымянном получателе.

Позднее Филиппов изложил следователю собранное. Тот вернулся к допросу Корнеева, затем к прежним документам о движении сундука. Задал несколько вопросов о непросматриваемой части двора. Пришлось прямо сказать, что наблюдатели не видели, как туда доставляли пропавшее серебро.

Решение об обыске приняли по совокупности сведений. Следователь отправился в кладовую сам; Орлов сопровождал его. Людей для наблюдения у флигеля не сняли.

У тёмно-зелёной двери остановились понятые. Следователь позвонил. Изнутри отодвинули засов, и показался мужчина в коричневом фартуке.

Ему объявили, кто пришёл, по какому делу и с какой целью. Он выслушал, потирая край фартука.

— Хозяин отлучился.

— Кто здесь распоряжается в его отсутствие?

— Я за приёмом остаюсь.

Он назвал себя и позвал из глубины помощника. Никто не пытался захлопнуть дверь. От этого предстоящий осмотр не стал ни легче, ни менее необходим.