Пальто на стуле

В больничном коридоре Орлов нагнал Егора. Тот держал на вытянутых руках пальто сторожа, сверху прижимал шапку. Из кармана торчал сложенный клетчатый платок.

— Родным передали, — сказал он. — Племянница у него на другой стороне живёт. За ней пошли.

Врач вышел из палаты и прикрыл дверь. Орлов назвал себя. Доктор выслушал его без нетерпения, но сразу сказал:

— Разговора сейчас не будет.

— Он приходил в сознание?

— Ненадолго. Это не значит, что его можно расспрашивать.

Егор прижал пальто к груди. Агент убрал записную книжку, которую ещё не успел открыть.

— Что можно передать следователю?

— Что состояние тяжёлое. Что я сообщу об изменении. Всё остальное после осмотра, в установленном порядке.

Орлов попросил принять сведения о том, как сторожа нашли и переносили, и назвал тех, кто оказывал первую помощь. Доктор записал имена. Потом разрешил оставить вещи.

Палата была светлая. Дементий Степанович лежал неподвижно, повернув лицо к стене. Чистая повязка закрывала часть виска. Врач придвинул стул и сел возле кровати; Егор остался у двери, словно боялся, что половицы под ним окажутся слишком громкими.

— Дядя Демьян, — едва слышно сказал он.

Ответа не было. Рабочий посмотрел на врача, но тот не сделал ни ободряющего, ни запрещающего движения. Егор положил пальто на свободный стул и поправил шапку.

В коридоре он неожиданно спросил:

— А если он ничего не вспомнит?

— Будем искать другим путём.

— Я не про ваше дело. Он ведь один там остался. Может, думает, никто не пришёл.

Орлов оглянулся на закрытую дверь.

— Племянницу проведут. И ваши вещи он увидит, когда сможет.

До этого утра сторож существовал в бумагах только как человек, которому оставляли ключ. Теперь у него появились пальто с зашитым локтем, домашнее имя и родственница, спешившая через город. Ни одна из этих подробностей не приближала задержание. Без них, однако, агенту всё труднее было бы понимать, ради чего он возвращался к бумагам.

Он оставил врачу адрес для срочного сообщения и договорился, кому передать известие, если сам уедет со склада. Требовать от больного хотя бы одно имя больше не собирался. Егор остался дожидаться племянницы. Когда Орлов уходил, рабочий сидел на краю коридорной скамьи, держа шапку уже на коленях.