Где его ждут

По старому адресу Корнеев ещё жил. Дворник назвал комнату прежде, чем Орлов успел достать книжку: человек снимал её давно, платил аккуратно, уходил рано.

— А Ильин здесь бывает?

Вопрос возник из разговора с квартирной хозяйкой. Та сказала, что некоторые посетители спрашивали жильца именно так.

Дворник пожал плечами.

— Ко мне Корнеевым записан. Как он с заказчиками называется, не моё дело.

В комнате никого не было. Орлов не стал требовать ключ. Сначала поговорил с хозяйкой о привычных часах жильца и о том, куда он отправился сегодня. Она знала только, что он собирался за очередным поручением в товарный двор: накануне оставили записку, он прочёл её за чаем и назвал место.

Агент записал слова без прибавлений. Записки у хозяйки не было. Самого отправителя она не видела.

В указанном дворе грузили телегу. Приёмщик подтвердил: человеку от конторы обещали работу к полудню. Имя он помнил неуверенно, зато мог узнать посетителя. Орлов попросил не окликать того заранее и не рассказывать окружающим о расспросах.

Ждать пришлось дольше, чем хотелось. Лошадь переступала у водостока. Рабочий трижды выходил с пустыми руками, пока наконец не нашёл нужную верёвку. Орлов смотрел из тени дверного проёма; другой агент оставался у дальнего выхода.

Здесь никто не прятался. В этом и состояло неудобство: Корнеев мог войти, поговорить с десятком людей и исчезнуть среди обычных дел, если сыск решит, что разыскиваемый непременно должен вести себя иначе.

Из конторы перевозки пришло дополнительное сообщение. Работник, помогавший выдать сундук в четверг, независимо описал получателя. Подробности одежды были обыкновенные. Но имя Корнеев он слышал ещё прежде и знал его как человека для поручений из бюро Северцева.

Орлов передал сведения следователю с посыльным. Оснований вызвать этого человека для объяснений становилось больше.

К полудню в воротах показался мужчина с перчатками в руке. Приёмщик, стоявший поодаль, узнал его и кивнул агенту. Орлов вышел из тени. Мужчина заметил движение, слегка замедлил шаг и посмотрел на него с готовой вежливостью человека, привыкшего выслушивать чужие поручения.