Остаться дома

Вера Дмитриевна вошла после разговора с Рудневым. Дуня поднялась снова, хотя хозяйка попросила её сидеть. На этот раз девушка не тронула чашку; руки спрятала под передник.

— Он у рамки спрашивал, — начала она. — Я сама сказала, какого цвета.

Берестова посмотрела на снимок матери. Ещё утром он был для неё обещанием узнать подвеску, если та найдётся. Теперь оказалось, что чужой человек тоже умел пользоваться этим снимком.

— Я и сама ему ответила бы, — сказала она наконец. — Ты ведь не знала.

Дуня ждала продолжения: замечания о болтливости, требования впредь молчать, хотя бы сердитого вздоха. Вера Дмитриевна вместо этого придвинула ей чашку.

— Чай совсем холодный. Позвать принести горячего?

— Я сама.

— Посиди.

Руднев объяснил, как будут устроены ближайшие дни. Если Дуню понадобится пригласить, за ней приедет знакомый сотрудник; всякое новое поручение можно проверить по телефону. Одной разыскивать посыльного, заходить в мастерскую или расспрашивать торговцев ей не следует. О людях у ворот Фома сообщит сразу. Ночные шаги и случайный звонок не нужно толковать самостоятельно, но и скрывать беспокойство незачем.

— Мне лучше уйти к знакомым? — спросила Дуня.

— Если захотите, обсудим, куда и как вас проводить. Сейчас надёжнее оставаться там, где порядок уже устроен.

Она посмотрела на Веру Дмитриевну.

— Я останусь.

Это прозвучало тихо, но впервые за вечер без вопроса.

У окна Дуня отвела край занавески. Во дворе Фома разговаривал с сотрудником, приехавшим вместе с Рудневым. Ничего необычного не происходило: у конюшни гасили свет, дворник переставлял фонарь, запоздалый жилец искал ключ. Девушка отпустила занавеску и отошла от стекла.

Перед отъездом Руднев задержался у ворот. Фоме повторил только то, что касалось службы: кого впускать, с кем связываться, как проверить неожиданное распоряжение. Рассказ Дуни пересказывать не стал. Не всякому, кто помогает охранять дом, необходимо знать слова свидетельницы.

— Мальчишку какого за вами посылать? — спросил дворник.

— Никого не гоняйте. В квартире есть телефон. Если понадобится человек, останьтесь у ворот, пошлите взрослого служащего.

Фома кивнул и поднял фонарь. Руднев уехал, а во дворе ещё некоторое время слышалось ровное подметание листьев.