Разные поручения

Вечером рядом положили запись разговора с Крутовым и сведения Бельской. У обоих были стулья и контора. На этом согласие заканчивалось: посредник распространял разрешение семьи на мелкие вещи, а хозяйка его отрицала.

Служащий предложил написать, что семья опровергла продажу. Ланге попросил уточнить, продажу чего. Стулья продавали законно. Необходима была такая запись, которая не уничтожала установленное ради удобного обвинения.

У часов имелась Анна; у подсвечника — Орлова. Ни одна из них не поручала Бельским или Мерину распоряжаться этими вещами. Но кто принёс предметы в контору и кто знал их происхождение, ещё предстояло доказать.

По сундуку у Бельской сохранялся лист о хранении. В рабочих сведениях конторы появился переход к последующей выдаче. Предмет требовалось найти и сравнить с прежним описанием, сохранив возможность ошибки.

Ланге направил следователю сведения о проверенном адресе Крутова, его объяснении, рассказах торговцев и возчика. Отдельно передал обращение Бельской. Решение о необходимых действиях в складе не могло опираться на сыщицкое любопытство к любому сундуку.

От Назара пришло известие, что Митя Сафонов прежде помогал в конторе с переноской дорожных вещей. Возчик не знал, что в них лежало. Назвал работу, при которой видел посыльного, но не стал уверять, что речь о сундуке Бельской.

Вспомнив двор Корнеевой, Ланге проверил прежнюю запись о Мите. Выясненное там не давало ответа о другой работе. Следовало спросить о переноске, не возвращая юноше опровергнутое обвинение.

Белов прислал через помощника просьбу узнать, когда ему возместят покупку. Ответа на этот вопрос пока не было. Сыщик отложил просьбу к прочим материалам, не выбрасывая её из-за неудобства.

За окном закрывали лавки. Человек, называвшийся Петровым, обрёл проверяемую фамилию, а семейный отъезд — живую хозяйку, которая ещё не уехала. Завтра предстояло найти вещи, за которые говорили эти люди. Одно и то же слово «передал» до сих пор прикрывало слишком разные поручения.