Книга расчётов

Михаил показал свою книгу. В ней стояли не только товары, но и долги разных людей, сроки обещанной платы, спорные остатки. Везти её дяде было делом понятным лишь при ясном поручении.

— Он прежде просил отдельную выписку, — сказал Каралис. — Всю книгу никогда.

Липранди спросил, есть ли прежнее письмо, которое это подтверждает. Михаил обещал поискать, но не стал объявлять собственную память точной цитатой. Семейная привычка объясняла тревогу, а не заменяла проверки нынешних строк.

Нерадин уже знал некоторые расчёты, поскольку сводил посреднические сделки. Однако не имел всей книги. Кому ещё мог быть полезен её полный перечень, Каралис называл предположительно.

Липранди не записал перечень должников как список врагов. Люди могли задолжать и не иметь отношения к письму. Для ближайшего вопроса достаточно было установить, что поездка несла имущественный риск и раскрывала больше сведений, чем обычная поставка.

Михаил спросил, не следует ли вовсе перестать вести дела через границу. Липранди ответил, что один непроверенный перевод не объясняет всю торговлю. Отказ от любого пути не был единственным способом избежать чужого распоряжения.

Книгу закрыли. Оригинал письма по-прежнему принадлежал Каралису; копию для проверки сделали с его согласия. Русский лист не переписали поверх греческих строк.

У двора ждала приготовленная повозка. Михаил распорядился оставить ткани в Кишинёве до выяснения. Нерадину передали только это решение. Причины и предположения не требовалось обсуждать со всеми людьми, которые помогали запрягать лошадей.