Право говорить

Петреску выслушал сообщение о словах Карацева и перестал называть неправильное имя ошибкой писца. Он признал, что с чужой бумагой было легче объясняться, когда его спрашивали о поездке. Кто и где принял такое объяснение, служащим ещё предстояло выяснить.

Липранди вернулся к грузу. Зачем Петреску ожидал книгу вместе с тканями?

— Нерадин хотел свести расчёт. Если молодой человек задержится, я должен был принять всё под расписку.

— Под чьим именем?

Петреску замолчал. Потом ответил: под своим. Липранди попросил назвать людей, которые знали его как Иосифа и могли бы найти после передачи. Теперь у вопроса был практический вес.

Приезжий утверждал, что считал Нерадина уполномоченным посредником семьи. Он не видел перевода и не знал, каким способом Михаила собирались убедить. Но за отдельную доставку книги ему обещали добавочную плату. Эту часть уговора он прежде называл общей платой за ожидание.

Нового ответа не подставили вместо старого. Петреску прочитал оба и поправил лишь время разговора, которое помнил приблизительно. Впервые он спросил, кому передадут материалы. Липранди назвал местную власть, не обещая ни отпустить его своим словом, ни посадить своим подозрением.

Чужой паспорт объяснил способ представляться. Уговор о книге начинал объяснять, зачем этот способ мог пригодиться.