Когда город проснулся

К утреннему звону двор мастерской снова жил обычной работой. Из ворот вынесли ведро, мальчик подбирал щепки. На месте тележки остался мокрый прямоугольник; через час его нельзя было отличить от остальных пятен.

Путилин вернулся в полицейское помещение. Молодой служащий раскладывал листы по порядку: ночная справка об адресе, утреннее наблюдение, обстоятельства задержания, сведения о передаче груза. Протоколы следователя хранились отдельно.

— Значит, всё началось с книги? — спросил он.

— Для нас началось с человека, который не вернулся.

Служащий достал первую запись об исчезновении Егора. Громов тогда связал фонарщика со складом; Анна уверенно назвала знакомый тулуп. Теперь обе строки читались иначе, хотя ни одного слова в них не заменили.

Путилин проверил дополнение к дознанию. Наблюдатели могли утверждать, что Громов открыл калитку и помог вывести тележку. Не видели, как груз лежал в сарае, и не слышали ночного сговора. Эти события подтверждали другие люди либо рассказывал Лосев. У каждого сведения оставался свой источник.

О прежних отпусках сукна приложили отдельную справку. Где получатель отрицал получение и сохранились документы, основания проверки были одни; где не хватало бумаг, нельзя было дописать готовое хищение. Три найденных тюка не покрывали старых потерь и не доказывали каждую спорную строку.

Посланный к Фёдору служащий сообщил Дарье о задержании. Егор хотел идти давать новые объяснения немедленно, но ему передали: вызовут установленным порядком, сегодня торопиться не требуется. Врач снова должен был зайти к нему после полудня.

Путилин попросил сохранить и эту записку. Помощь пострадавшему не кончалась в минуту, когда возле чужой тележки удержали двух людей.

За окном проехала гружёная телега. Служащий на мгновение поднял голову, затем вернулся к листам. Путилин закрыл папку и передал её для следователя вместе с сообщением прокурору. Утренний звон давно стих. Работа полиции по этому поручению подходила к концу; следствие продолжалось.