Под расписку

Кудрявцев пришёл за сукном в рабочем пальто. В первый раз он требовал вернуть найденное сразу. Теперь держал бумагу и ждал, пока служащий сверит перечень.

Следователь разрешил передать два тюка, обнаруженных в снятой комнате. Их нашли, описали и оценили; особой необходимости сохранять сами эти два груза при деле больше не было. Протоколы, сведения о метках и документы оставались в производстве. Третий тюк, задержанный на ручной тележке, пока сохраняли для дальнейших действий.

Упаковки показали владельцу по отдельности. Сверили состояние и то, что передавали. Кудрявцев прочёл расписку, уточнил одну строку о рогоже и подписал. Затем пришедшие с ним работники приготовили товар к доставке на склад.

— Так хоть нынешний убыток закрыт, — сказал хозяин.

— Нынешние три тюка найдены, — ответил служащий. — Сегодня вы получаете два.

Кудрявцев посмотрел на оставшийся груз и больше не спорил. Проверка прежних отпусков продолжалась. Обнаруженная партия не восстанавливала деньги или товар, которых в этой комнате никогда не было.

На складе для полученного отвели сухое место. Новые приходные записи вели отдельно от изъятой книги, сохраняя основание каждой передачи. Хозяин сам принёс распоряжение и дождался, пока его прочтут.

Путилин зашёл ненадолго. Яков переносил доски и, увидев сыщика, спросил о Савельеве. О сукне он узнал прежде, чем о здоровье человека, которого рядом с этим сукном называли вором.

— Поправляется. К работе вернётся, когда сможет.

Кудрявцев подошёл к калитке. Сказал, что готов объяснить рабочим, как вышла ошибка. Путилин попросил назвать не ошибку вообще, а проверенное: одеждой фонарщика воспользовались, сам он пострадал, свидетели не видели его перевозящим товар.

Хозяин повторил это своими словами. Яков поправил только одно: Семёна он узнал, но заплаты на его одежде не разглядел. Кудрявцев выслушал и кивнул. Во дворе впервые можно было говорить об Егоре, не заставляя его самого стоять перед людьми и оправдываться.