Лишняя осведомлённость

— В русском листе обещание идёт четвёртой строкой после цены, — сказал Расторгуев. — Там сомневаться нечего.

Яков Иванович не сразу поднял голову. Четвёртой после цены фраза стояла именно в чистовой копии из пакета. Во французском списке строки распределялись иначе.

— Вы видели русский экземпляр?

— Мне пересказали.

— Пересказали расположение строки?

Расторгуев поправил перчатки. Потом сказал, что мог видеть край листа у человека, которому доверяет, но бумаги в руки не получал.

Закрытая обложка лежала между ними. Де Санглен не вынул перевод и не помог собеседнику следующим вопросом. Павел заговорил сам: края были ровные, почерк ясный, перевод не черновой.

— Это тоже пересказ?

— Вы хотите знать сведения или учить меня, как их добывать?

Яков Иванович велел Левицкому записать ответ целиком. Необычная осведомлённость ещё допускала несколько объяснений. Расторгуев мог видеть копию, получить её описание или сам участвовать в передаче. Но прежнее уверение, что до него дошло лишь содержание, уже не выдерживало его собственных подробностей.

Обещанной награды в тот день он не получил. Де Санглен оставил вопрос открытым — и впервые велел выяснить путь денег самого осведомителя.