Не все виноваты одинаково

Макар пришёл дать последнее уточнение под надзором. Прежней торопливости в нём не было. Он поправил одну сумму в собственном показании: получил больше, чем назвал сначала.

— Забыл? — спросил Архаров.

— Хотел, чтобы меньше вышло.

Это был неприятный ответ, но полезнее удобной забывчивости. Исправление внесли с объяснением.

Прасковья Осиповна сидела у стены. Она принесла писцу чистую рубаху и не считала, что этим оправдывает его работу. Макар спросил, зайдёт ли она ещё.

— Если позволят, зайду. Только больше не сочиняй за тех, кто умер. Они тебе ответить не могут.

Дело каждого участника рассматривали по его действиям. Семён Ильич отвечал за повторные взыскания и оговор Егора. Коровин — за изготовление требований, принуждение жильцов и попытки скрыть бумаги. Роль Ракитина подтверждали расчёты, подлинники и согласующиеся показания; заменить всё ссылкой на нерадивых служащих ему не удалось. Отдельно разбирали насилие и похищение.

Архаров не называл исход милостью своей воли. Он передал доказательства, добивался проверки и отвечал за проделанную работу. Решения выносились дальше, своим порядком.

Макар уходил, когда Егор окликнул его и вернул красный шарф. Тот поблагодарил. Дружбы между ними не возникло. Но вещь принадлежала человеку, а не его преступлению.