До ужина

К ужину у Белькура готовилось ещё одно приглашение. Посредник предлагал говорить без спешки и не возвращаться к мелким недоразумениям, когда можно получить сведения крупнее прежних.

Чернышёв согласился. Его занимало не новое обещание, а старый источник. Он написал в книжке два вопроса: откуда взят образец и к какому времени относятся строки. Не стал добавлять третий — зачем Белькур лжёт. Такой вопрос заранее принимал за установленное то, что предстояло различить.

Лист для будущего донесения всё ещё лежал неполным. Можно было уже отвергнуть широкий вывод об остановке приготовлений. Труднее было объяснить, как именно недатированная копия оказалась представлена нынешней картиной и где началась сознательная подмена.

Моро не знал, что говорили покупателю. Жюли знала заказ бумаги, но не содержимое образца. Обер видел тот же лист. Все они рассказывали полезные вещи и ни один не владел целым.

Александр Иванович убрал их имена с короткой страницы, которую собирался взять с собой. Для ужина хватало вопросов. Чужие имена легко могли послужить вместо ответа — достаточно было позволить Белькуру спорить о людях, когда спрашивали о времени документа.

Перед выходом Чернышёв проверил, что недатированная копия осталась дома. Посредник уже знал её вид. Этим вечером следовало выслушать то, чего на листе не было.