Ответ под другой фамилией

Пакет из Нижнего Новгорода принесли после полудня. В нём были бумаги, обещанные после телеграммы, и ответ на запрос о человеке со снимка 1902 года. Пока в Москве шли от склада к комнатам и обратно, в другом городе поднимали свои старые дела.

Лебедев сначала прочёл сопроводительное письмо. Затем вынул фотографию.

Иван Петрович Крылов.

В нижегородском деле 1901 года это имя относилось к высокому торговому посреднику. Коллеги сообщали, по каким местным сведениям тогда проверяли его личность, и присылали выписку с приметами. Фамилия не была догадкой человека, случайно узнавшего фотографию на улице.

Лунин положил рядом московский снимок, подписанный именем Сомова. Тяжёлая челюсть, посадка глаз, описание роста. Сходство оказалось значительно теснее, чем всё, что до сих пор связывало этот лист с переплётчиком.

— Иван Петрович, — повторил сыщик. — Веденин сегодня назвал это раньше, чем пакет пришёл.

Он достал утреннюю запись. Лебедев проверил, в каком месте рассказа прозвучало имя: не в ответ на предложенную фамилию, а как воспоминание о разговоре у двери.

Крылов из прежнего дела, Сомов из поздней московской регистрации, высокий посетитель вагона — теперь их можно было проверять вместе. Но снимок не рассказывал, кто подменил ящик в пятницу. И сообщение о старом деле не превращало человека в виновника каждой пропажи оптики между двумя городами.

— А Соколов? — спросил Лунин.

Лебедев поднял глаза.

— Кто из свидетелей сказал, что это он на фотографии?

Лунин перебрал записи. Никто. Извозчик говорил о бородатом человеке. Хозяйка — о высоком постояльце. Гордеев ошибся в другом прохожем, и эту ошибку уже исправили. Теперь Веденин прямо описал двоих.

На столе не хватало места. Лунин передвинул лампу, чтобы разложить листы без наложения.

— Мы искали одного человека с тремя именами.

— Проверяли такую возможность, — ответил Лебедев. — Теперь есть основания искать двух.

Он поручил продолжить проверку Крылова по присланным сведениям и отдельно сопоставить изображение с тем, что помнили видевшие высокого мужчину. Егорову следовало задать вопрос о поставщике, не сообщая заранее найденную фамилию.

Лунин убрал свою прежнюю сводку под новые листы. Не уничтожил и не исправил так, будто всегда всё понимал верно. Короткая черта между постояльцем и поставщиком слишком долго экономила место на бумаге.