Имя из темноты

Когда дверь открыли, дневной свет лёг на пол узкой полосой. У стены сидел молодой человек в тёмном жилете. Рядом стояла жестяная кружка; под ним было сложено грубое одеяло.

Он поднял руку к глазам и попытался встать. Не получилось с первого раза. Лунин вошёл, опустился возле него и попросил пока не подниматься.

— Вы сказали — Николай Веденин?

Молодой человек кивнул.

— Из мастерской Ремезова?

— Да. Вы от него?

— Мы вас ищем.

На лице юноши ничего сразу не изменилось. Он посмотрел на открытую дверь, потом на человека возле неё, будто проверяя, останется ли проход свободным, если он снова отвернётся.

Лунин послал за врачом и распорядился приготовить возможность перевезти найденного. Подробного рассказа сейчас не требовал. Спросил только, есть ли кто-нибудь ещё, когда последний раз приходили и не нужна ли кому-то немедленная помощь.

Веденин покачал головой. Утром приносили еду и воду. Сказали ждать до вечера и не шуметь. Кто именно приходил, он начал объяснять, но сбился и снова посмотрел на дверь.

— Потом расскажете, — сказал Лунин.

На плечи ему накинули принесённое из повозки пальто. Юноша удерживал полы обеими руками. Внутри вагона было холоднее, чем во дворе: доски почти не пропускали дневного тепла.

— Я слышал, как вы первый открывали, — произнёс он. — Думал, опять товар забирают. Потом голос…

— Потому и постучали?

— Я раньше стучал. Они велели перестать.

Лунин не стал спрашивать, чем именно ему грозили. Договорились о помощи и осмотре; людей у двери отвели, чтобы никто не мешал и не требовал объяснений. Помещение оставили под наблюдением, сохраняя находившиеся там вещи для дальнейшей работы.

Когда Веденин смог подняться, сыщик помог ему выйти. На ступени тот задержался. Двор был самым обыкновенным: навес, доски, колёса старого вагона, чья-то телега у ворот. От этого он смотрел на него ещё внимательнее.

— Сколько сегодня? — спросил он.

Лунин назвал день.

Юноша попробовал сосчитать, но остановился.

— Я думал, меньше.