До поездки к реке

Независимая сверка основного поручения подтвердила разницу: оригинал не требовал немедленного вывоза тканей и всей книги. Отдельные семейные выражения допускали свободный русский пересказ, но ключевое распоряжение от этого не менялось на обратное.

Горин хотел назвать копию подложной. Липранди предложил сперва перечислить установленное: оригинал и рабочая копия различаются, Нерадин передал копию Маркову, Марков перевёл её без достаточной сверки. Умысел каждого ещё необходимо проверять.

На столе лежала прежняя схема дороги. Теперь её назначение изменилось. Они собирались не исполнить дядин вызов вместо Михаила, а выяснить, почему посредник выбрал такую остановку и что известно о человеке, ожидавшем поездки.

Горин подготовил документы для обычного служебного сбора сведений на своём берегу. Липранди не поручал ему тайно пересечь границу или представиться родственником Каралиса.

Михаил дал разрешение предъявлять его письмо лишь настолько, насколько это необходимо для проверки передачи и просьбы. Полный перечень долгов они с собой не взяли. Не требовалось повторять опасную поездку с настоящим имуществом, чтобы понять её приготовление.

Письмо вернулось в защитную папку. Липранди снова посмотрел на русский лист, который ещё недавно управлял всеми приготовлениями. Его слова не исчезли, но потеряли право незаметно замещать оригинал.

Река оставалась впереди. Один вопрос о языке получил ответ; вопросы о пути, ожидавшем человеке и источнике слуха продолжали требовать собственной работы.