Два смысла

«Je ne m’engage pas à vous communiquer les renseignements demandés».

Де Санглен прочёл фразу вслух, затем её русское соответствие: «Я обязуюсь сообщать вам запрошенные сведения».

Бессонов открыл рот, но Яков Иванович поднял ладонь.

Он перевёл ещё раз: «Я не обязуюсь сообщать вам запрошенные сведения». Никакой тонкости, которую следовало угадывать по положению слов, здесь не было. Французская фраза отказывалась дать обязательство. Русская его давала.

Однако отказ обязаться не доказывал, что человек никогда и ничего не сообщал. Де Санглен отметил это для себя прежде, чем разница превратилась в удобное оправдание всей переписки.

— Возможно, отрицание пропущено при переписке, — произнёс Бессонов.

— Возможно. Кто переписывал?

Посредник назвал Воронцова. Потом уточнил: Воронцов переводил; кто изготовил лежащий теперь на столе чистовой экземпляр, ему неизвестно.

Яков Иванович отодвинул русский лист. Утром он был готовым основанием наблюдения. Теперь стал вещью, происхождение которой требовалось устанавливать отдельно.

Но и французский список появился лишь после того, как его запросили. Де Санглен не позволил себе забыть это удобное для Бессонова обстоятельство.