Круг осведомлённых

На столе лежали три листа. На первом Шереметьевский записал тех, кто видел письма. На втором — тех, кому было известно, куда и когда понесут свёрток. На третьем — людей, встречавших Павла после выхода из мастерской.

Некоторые имена повторялись, но списки не стали от этого одинаковыми. Семён видел бумаги издали. Артемьев держал их в руках. Ордынцев знал об альбоме больше, чем первоначально сообщил. Громов оказался в мастерской утром, а потом, по собственному рассказу, говорил с посыльным у хозяина.

Во второй половине дня в пути Павла оставался пробел. Его не закрыл ни рассказ о сером пальто, ни предположение, что пакет непременно ушёл вместе с юношей. Выяснилось лишь, кто сказал Ордынцеву об уходе: управляющий.

Пришла справка от приятеля Павла. Тот ждал его в воскресенье, встречи не меняли, денег взаймы Павел не просил. Шереметьевский записал это к другим сведениям, не превращая обычное обещание в доказательство будущих намерений.

Переданная Анне весточка была короткой: найденного нет; о последних встречах собирают новые сведения. Она ответила через посыльного, что завтра после наборной ещё раз пройдёт к воротам дома. Ей хотелось поговорить с женщиной, торговавшей там в день исчезновения. Сыщик велел записать адрес этой женщины, если Анна её встретит, и передать без промедления.

Лампа осветила пустую часть третьего листа. Шереметьевский не хотел заполнять её догадкой, которая понравилась бы Артемьеву или успокоила Ордынцева. Дорога человека могла уйти в сторону от пути, выбранного для заказа.

Он убрал образец упаковки в отдельную папку, а список встреч оставил перед собой. Утром предстояло вернуться к воротам. Там Павла видели входящим; найти человека, помнившего следующий шаг, было теперь важнее, чем спорить о цене чужих писем.