Внутренний карман

Карман выглядел аккуратно лишь снаружи. Изнутри его укрепляла узкая полоска коричневой хлопчатой ткани. По краю шёл косой ряд стежков: портной торопился и не стал распарывать всю подкладку. Об этой полоске он сказал ещё до того, как вещь вынули из шкафа.

Шереметьевский перевернул полы на столе. В кармане не оказалось ни письма, ни денег, ни записки. Он не разрешил считать пустоту доказательством того, что в нём ничего не носили. Обратное тоже осталось неизвестным.

Серое пальто, купленное в лавке за наличные, могло пройти здесь переделку, но лавочник не оставил имени покупателя. Связь покупки с заказом требовала совокупности обстоятельств: срок, ткань, посадка, отсутствие пуговицы. Ни одно из них не превращало вещь в редкость.

У Павлова пальто были другие следы. Анна зашила левый рукав тёмно-коричневой нитью; утром ухода все пуговицы были на месте. Эти сведения получены раньше посещения портного. Сходство цвета теперь не позволяло подменить одну одежду другой.

Хозяин спросил, пропало ли что-то из нового кармана. Шереметьевский ответил, что выясняют путь одежды. Чужой пересказ дела легко добрался бы до заказчика через следующую примерку.

Вещь и запись сохранили для следователя надлежащим образом. Портной получил расписку и остался при своём рассказе: он видел заказчика и выполнял работу, но не знал, зачем тот хотел карман и почему оставил место верхней пуговицы пустым.

Сыщик ещё раз посмотрел на косой шов. Это была примета руки портного и конкретного заказа. Она ничего не говорила о лице человека в трактире, пока к ней не прибавлялись другие сведения.